Мертвые Дочери

Проект Павла Руминова «Мёртвые дочери» с самого начала позиционировался как нечто среднее между мейнстримом и авторским кино. Одной из задач сего художественного замысла была попытка (или желание) показать, что в рамках жанрового кинематографа (в данном случае – мистического триллера) возможно искреннее режиссёрское высказывание, цель которого – не финальный box-office, а исключительно творческая самореализация. При всей нетривиальности посыла (не отметить который просто нельзя), возникал лишь один, почти детский вопрос – отчего бы сразу не снять полноценный арт-продукт (по примеру Юфита, Германа-мл., Хржановского и др.) или, напротив, не составить конкуренцию лидерам отечественного кинопроката? Стремление к «золотой середине», безусловно, отрадно, но, как показывает практика, бесперспективно. Всё чаще всего сводится к сухой и жёсткой формуле «или-или». Адекватная реализация столь заманчивого замысла едва ли возможна... Можно сколь угодно долго рассуждать (в чём Руминову, кажется, просто нет равных) об идее как бы примиряющего арт-кино и мейнстрим проекта, совсем другое – реализовать это на практике, достигнув заявленных результатов.

Буквально каждый кадр, каждая сцена «Мёртвых дочерей» пропитана искренним желанием снять «своё» кино, без оглядки на продюсеров и ожидания публики. Это подкупает и заставляет переживать не столько за героев картины, сколько за создателей и прежде всего режиссёра. Павел Руминов попытался, и за это ему, в общем-то, уже можно сказать спасибо. Другой вопрос (а он-то и является ключевым), что получилось в итоге, что и, главное, как режиссёр перенёс свои замыслы на большой экран. В этом пункте у «Дочерей» возникают большие, почти непреодолимые проблемы.

С первой сцены становится ясно – режиссёр сделал ставку на стиль, атмосферу, настроение. Памятуя о жанровой принадлежности «Дочерей» – мистический триллер – желание Руминова, безусловно, понятно и в чём-то даже очевидно. Проблема в том, что создание атмосферы фильма сводится к дрожащей камере, «пугающим» звуковым эффектам и тоскливым взглядам главных героев. И даже этого было бы достаточно, если бы в картине присутствовал внятный, динамичный сюжет. Увы… В сухом остатке – всё та же съёмка, всё те же «звуки», всё те же актёры, проговаривающие положенный им текст.

Авторский пафос Павла Руминова явно не совпал, не смог соответствовать конечному продукту. Обещанная планка не взята. В итоге, с носом остались как зрители, желающие посмотреть добротный мейнстрим, так и немногочисленные «эстеты», рассчитывающие лицезреть на экране редкой выделки картину. Народная мудрость о двух стульях, двух зайцах и т.д. вновь актуальна и животрепещуща. На этот раз стараниями господина Руминова.

P.S. Надпись на одном из тизер-постеров «Дочерей» гласит – «Смотри Бергмана, пока ты жив». Сия фраза, пожалуй, лучшее, что нам смог дать этот проект.